Сайт о культуре и искусстве

Православие - исторический выбор русской культуры

Другое » Христианский тип культуры » Православие - исторический выбор русской культуры

Страница 2

Согласно легенде, князь Владимир долго думал о том, какую религию лучше принять. Русь проявляла большой интерес и к исламу, и к иудаизму в соседних с собой странах. Но обе эти восточные религии были отвергнуты руководителями древнерусского государства.

В самом общем виде предпочтение христианства восточным религиям, высказанное русскими культурными людьми в Х веке вполне понятно. Здесь сказались: ориентация на экономически и культурно развитые страны Европы; признание объединяющих, сплачивающих людей функций христианской церкви (политических, социальных, культурных, идеологических, религиозно-культовых); очеловеченность христианских представлений о Боге и его отношениях с людьми, делавших религию душевно близкой и органичной людям различного социального, этнического, языкового происхождения.

К числу важнейших предпосылок исторического выбора христианства Древней Русью можно отнести: особое геополитическое положение Руси (заключавшееся в ее нахождении между Западом и Востоком, что приводило к постоянной подверженности духовной жизни и культуры русского народа перекрестному влиянию различных цивилизаций) и исторически сложившуюся юго-восточную направленность торгово-экономических, внешнеполитических, идейных интересов Руси (поскольку на протяжении многих веков именно отсюда для Руси исходила максимальная военная угроза, а основной обмен идеями и людьми для восточнославянских племен шел в южном и северном направлении, следуя течениям рек Восточно-Европейской равнины).

Культурно-исторический выбор древнерусским обществом в качестве государственной религии именно восточной ветви христианства, развивавшейся в соседней Византии и получившей впоследствии имя «православия» также не был случайностью. Он был продиктован не только государственно-политической мудростью князя Владимира и тех слоев раннефеодального общества у восточных славян, которые он представлял в своей политике, но и потенциальной «предрасположенностью» древней восточнославянской культуры именно к такому, а не иному выбору.

Летопись не содержит убедительной мотивации именно этого решения. Очевидно, в глубине осуществленного Русью культурно-исторического выбора заключено несколько разных, хотя и тесно связанных мотивов принятия нужного на том этапе для Руси решения, и ни одного из них не следует отвергать, стремясь рассматривать их в совокупности, в единстве.

1. На первом плане мотивации была территориальная близость Византии как культурного, религиозного и политического центра, с давних пор ощущавшаяся Русью как важный фактор своего исторического развития (что проявлялось в различных формах притяжения и отталкивания - от торговых и культурных связей до завоевательских, нередко просто грабительских походов «на Царьград»). Несомненно, что во всех отношениях Константинополь как культурно-политический и духовно-религиозный центр был для Руси (не только чисто территориально, но и в ценностно-смысловом отношении) ближе, чем Иерусалим или Рим, не говоря уже об отдаленных аравийских Мекке и Медине. События, происходившие в Византии, были достовернее, понятнее, ощутимее верхушке древнерусского общества, нежели те, что имели место у «латинян», у арабов или в окутанной легендами Палестине; в некоторых из них свою роль играли или пытались сыграть и русские - князья, воины, торговцы, послы.

2. При этом Византийская империя была для русских не только богатым и могущественным соседом (соперником в делах военных, экономических и политических; предметом зависти и корыстного интереса для восточнославянских племен), но и в известном смысле выступала как идеал государственного могущества, всемирной признанности, экономического и духовного богатства, как пример, образец, эталон оптимального общественного устройства - централизованного, иерархизированного, регламентированного до мельчайших деталей ритуального или церемониального характера. Можно даже сказать, что создателям древнерусского государства было уже недостаточно жить за счет своего великого соседа, однако неприемлемым, да и невозможным было жить под его эгидой или покровительством; задача состояла в том, чтобы стать державой, равновеликой Византии, быть ее партнером, союзником, быть может, конкурентом во всех международных делах, - но «на равных», как два побратима. Крещение могло сознаваться в этом контексте как акт культурно-исторического «выравнивания», «братания», ценностно-смыслового уподобления.

Страницы: 1 2 3 4 5

Рекомендуем также:

Сочетание линии, штриха и точки в графике
Сочетание линии, штриха и точки ясно просматривается в гравюре на металле. Наиболее технически совершенно этой областью овладел и первым применил эту манеру Джулио Комппаньола (род. В 1482г). Точки он использовал как продолжение штриха ил ...

Обереги, амулеты, жезлы
Обереги помещались над дверьми, на печи, на предметах быта. Причудливым орнаментом старались покрыть всё, через что нечистая сила могла навредить человеку. Наиболее частым обереговым узором на одежде являются ромбы с крючками – символами ...

Площадь Согласия в Париже
В середине XVIII в. Париж уже мог по праву гордиться своими прекрасными архитектурными памятниками и площадями, сооруженными в предыдущие столетия. Но все это были отдельные и изолированные островки организованной застройки, которые со вр ...